Сочинения по произведению «

Загрузка...

Знал ли Герцен свой народ? Правильно ли он предугадывал путь его дальнейшего развития? Герцен искренно считал, что живет он и действует ради блага народного. Та клятва на Воробьевых горах, которую они с Огаревым дали в детстве, клятва борьбы с деспотизмом и мести за декабристов, была для него самого в конечном счете клятвой в верности делу освобождения русского народа.Он много писал о национальном русском характере, об участи простолюдина, об истории формирования некоторых существенных качеств нашего народа, которые принципиально, как ему казалось, отличали русских от немцев, французов, англичан — вообще от западного человека.Он полагал, что русские — молодой народ, почти еще не растративший сил в предшествовавшие века. И эту нерастраченную энергию русский народ, в отличие от западных, может с громадным эффектом вложить в социальное преобразование общества. Россия первой начнет строительство социализма в мире — был убежден Герцен.

Впоследствии Чернышевский справедливо возразил Герцену, что, во-первых, и мы не так-то уж молоды: нельзя сбрасывать со счета девять веков развития восточных славян в границах Киевской Руси, Московского государства и Российской империи. А во-вторых, и западные народы еще не все силы растратили: еще не подошли их основные колонны к местам главных боев за социалистическое преобразование действительности.Однако же ведь было рациональное зерно в размышлениях Герцена? Ведь история как будто бы подтвердила его правоту в основном: русский народ первым совершил социалистическую революцию, первым построил общество нового типа и проложил путь в этом направлении для всего человечества.

Так как же назвать этот прогноз Герцена: гениальной догадкой или научным предвидением?Нельзя однозначно ответить на этот вопрос. Нельзя прежде всего потому, что ему не дано было, в силу известной исторической ограниченности, полное знание будущего.Герцен исходил из того, что в истории нет предопределения: никто и ничто не управляет поведением людей по предначертаниям судьбы. У исторических деятелей есть возможность выбора — и каждый такой выбор намечал бы новый вариант исторического развития. Какую возможность они выбирают и каким способом они ее осуществляют — это дело случая. Стечение обстоятельств определяет выбор пути развития.

Но в массе случайностей всегда проявляется закономерность. Герцен хорошо помнил один нз основных законов диалектики: необходимое предстает в форме случайности. Он также понимал, что главное для исторического деятеля — раскрыть то, что для человечества стало необходимым, и помочь его осуществлению.Европейские мыслители давно выдвинули социалистический идеал, но что он такое: светлое, но несбыточное пожелание или необходимый этап в развитии человечества? Размышления Герцена на эту тему имели тогда первостепенное значение для мыслящей России.Герцен полагал, что в современной ему буржуазной действительности уже сложились предпосылки социализма как нового, более справедливого общественного уклада.

Следовательно, социализм возможен — таков один из вариантов исторического развития. По мнению Герцена, социализм более возможен, нежели любая другая общественная система отношений — неограниченная наследственная монархия, аристократическая олигархия или личная власть тирана.В принципе они тоже возможны — при определенных обстоятельствах. Так, революция 1848 года во Франции привела не к социализму, а к утверждению личной власти Наполеона III в интересах крупной буржуазии; и эта власть просуществовала почти двадцать лет. Так что нельзя полностью отвергать возможность вариантов общественного развития, отличающихся от социализма.

Но они, как следовало из раздумий Герцена, менее вероятны в конечном счете, ибо основаны на сохранении и даже усилении социальной несправедливости.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Урок как основная форма обучения